Самые главные слова мира.
Вчера было еще не поздно. Вчера вокруг тебя были люди, а они существовали
лишь на страницах книги, подаренной тебе Элишей. Но вчера ушло.
Сейчас ты лежишь под солнцем, под холодным, пахнущим медом солнцем; земля
под тобой живая, она дышит и вращается, и безумная трава оплетает твои
руки. Земля большая, очень большая и по ней долго бежать… Рот твой полон
горячей слюны, что горячее пунша, горячей солнца, нарисованного на небе;
под легкими сидит боль, и ноги ноют.
Земля очень большая, но ты совсем один. А они рядом.
Там, на юге, еще оставались люди. Обычные люди, не знающие о проклятии
Вершины.
А здесь уже не было людей. Лишь тела без души, тени с глазами из молотого
солнца и крик их молчащих ртов. Люди сошли с ума совсем недавно, и вчера
было еще не поздно.
Элиша говорил тебе, протягивая ту книгу, старую, пахнущую пылью: «Когда
древние хотели предупредить потомков, они придумывали страшные сказки».
В книге было написано следующее: «…В день гнева Божьего сойдут с небес
сыны Его, в броне огненной, и горе грешникам, ибо День Последний грядет;
и войдут праведные в обитель рая, а грешные да низринутся в преисподнюю.
Они придут, и страшен будет голос их, и небесный огонь будет за словом
их, и ужасны в мире глаза их…»
А сейчас ты лежишь в лете и солнце, и за твоей спиной остались тени, чьи
души забрал под свою ладонь Сидящий-На-Вершине. Им, тем, что еще недавно
были людьми, кажется, что он – бог. Ты это знал еще вчера.
Сегодня ты знаешь, что ничего этого нет. Нет сумасшедших теней, и Вершины
нет, и Сидящий-На-Ней – только страшная сказка на ночь, придуманная древними
для своих глупых детей. Их тоже нет. Есть только юг, и там – люди. И среди
них – Эва.
Ты шепчешь про себя эти пять предложений, шепчешь истовей, чем шептал молитву;
слова холодят тебя изнутри легким ветерком, странным сквознячком, что безумней
травы под ладонями…
Там – Эва.
А здесь есть ты и одуванчиковое солнце в небе. И они рядом. Их не было,
но они были, и ты сходил с ума.
Они пришли, облаченные в свет, и гром гремел по слову их, и настолько всемогуще-ужасными
казались они, и столько силы было во взгляде их, что люди поверили их словам.
Они поведали о гневе Сидящего-На-Вершине и щедро рассыпали в глаза испуганных
людей золотые искры сумасшествия.
Когда гром сотрясал твой город, когда непокорные умирали от странного удушья,
когда рядом хватался за сердце дядя, когда сестра шла к проклятой Вершине
с латунным блеском в глазах… Когда случалось все это вкупе со многим другим,
Элиша успел сказать тебе три задыхающихся слова. И, прежде чем они попытались
добраться и до тебя, ты бросился из рушащегося мира и долго бежал, сжимая
три страшных подарка.
«Они. Боятся. Жертвы».
Сейчас, в одиночестве лежа в пряной траве, ты вспомнил, что Элиша хотел
сказать что-то еще. Тогда ты расслышал лишь самое начало. А потом старик
вскрикнул, и безумие стерло с его губ остатки недосказанного слова. И тебе
было уже не до нелепого слога, мелкой побрякушки, не до двух странных звуков:
«Со…»
А сейчас ты вспомнил эту частичку и ужас на старом лице учителя, ужас от
того, что он не сказал самого главного и ты можешь неправильно понять его;
ужас от почти совершенной ошибки еще мгновение боролся с ледяной маской
безумца.
Теперь люди идут к Вершине, умирая на полпути к Сидящему-На-Ней. А Вершины
нет, и никогда не было, и значит, люди умирают просто так. И только это
смогло поднять тебя на ноги и погнать на юг.
Пешком, оставляя за спиной бывших людей и бога, которого нет.
К людям, на юг.
И ты молился только об одном – успеть раньше них.
Когда ты дошел, ты упал. Но поднялся. И посмотрел в глаза Эве, посмотрел
пристально, страшно, и она отпрянула, встревоженно вскрикнув:
- Что с тобой?!
В твоей раскалывающейся голове вдруг возникло эхо. Слова девушки дробились,
повторялись, разлетались. На них наслаивался задыхающийся голос Элиши,
крик людей и гром с ясного неба…
Тебе было очень плохо, и ты схватился за последнее слово Эвы, как за путеводную
нить.
«Тобой…тобой…тобой, - билось в голове, - тобой! мной! собой! ими!.. собой!
собой!!…»
- Собой, - прошептал ты и проклял свои уши за то, что они услышали последнее
слово Элиши.
«Жертвы» - было третьим словом.
«Собой» - четвертым.
«Они боятся жертвы собой».
- Иногда мне кажется, что я должен встать, - проговорил ты непонимающей
Эве. Эти странные слова почему-то казались тебе самыми верными, ? И отнести
тебя как дитя… Броситься вместе с Вершины…
1
Ты замолчал. Холодный пот стекал по твоей шее, и ты прислушался к своему
ощущению.
- Так будет лучше, - закончил ты. И жертва собой показалась единственным
выходом. Потому что они были рядом.
Ты просто взял Эву за руку и вывел из дома. И перед вами встала Вершина.
Все было очень просто – нужно было только взойти на Нее. Не дожидаясь их
приказа, в здравом уме и трезвой памяти, не боясь грома с ясного неба и
молний из-под ног. Взойти и умереть, как умерли все. Теперь уже абсолютно
все, потому что людей вокруг больше не было. И Сидящий-На-Вершине ждал
только их двоих. Последних.
И то, чего бояться они, уже было абсолютно бесполезным. Просто больше некого
было спасать. А жертва собой – ну что ж? Хотя бы утащишь за собой их. «Умирая
в бою, захвати с собой побольше врагов, -говаривал твой учитель, - просто
для того, чтобы некому было плюнуть на твою могилу». И ты шагаешь кним,
шаря холодными пальцами за пазухой. Там ты носишь нож.
Уже схватив скользкую рукоять своего старого ножа, ты вдруг вспомнил, что
Вершины нет.
- Нет Вершины! - истерически выкрикнул ты. - Нет Вершины!
Хохот смял твои слова, и ты упал навзничь, чувствуя в своих глазах золотые
искры безумия. Над тобой нависала Вершина, которой нет; и рядом, призраками
из кошмаров, стояли они, те, что боятся жертвы собой, но имеют достаточно
силы, чтобы не допустить такого жертвоприношения. Более чем достаточно.
Эва стояла у Вершины. Маленькая симпатичная девушка, к которой ты шел,
бежал, и которую пытался спасти. Зачем-то улыбаясь, она пристально смотрела
ввысь, будто пытаясь увидеть Сидящего-На-Ней. Потом она кивнула, отвернулась
и направилась к тебе. В ее глазах не было золота, ты это видел.
Эва подошла к тебе, подняла с пьяной земли и за руку повела к Ней. Шепнув
тебе на ухо три слова, меньше всего похожих на последние слова Элиши.
И вы вместе шагнули на Вершину, которой нет. Но только вы не собирались
жертвовать собой. Вы вообще не хотели жертвовать – ничем. Вы просто шли,
и вас вели три простых слова, сказанных женщиной.
…Они стояли в целом мире одни, и Сидящий-На-Вершине протягивал Эве яблоко.
И над мужчиной и женщиной невидимым флагом, нимбом над головами, витали
только что произнесенные слова. Самые главные слова нового мира.
2000 г.
=======================================
1 Использованы слова песни «Люди на холме» группы Nautilus Pompilius, подлинный
текст:
«Иногда мне кажется, что я должен встать,
И отнести тебя как дитя.
Броситься вместе с вершины холма,
Так будет лучше для тебя и меня.
Но у холма нет вершины…»